Новости
09.12.2016


08.12.2016


08.12.2016


08.12.2016


07.12.2016


17.12.2015

В разные исторические периоды в понятие «система земледелия» вкладывался неодинаковый смысл. Разное толкование «систем земледелия» сохранилось и до настоящего времени. Однако за немногими исключениями общим для большинства современных исследователей в трактовке «системы земледелия», как и в прошлом, является именно адаптивный подход. Так, Лыков и др. полагают, что система земледелия представляет собой не только целостный комплекс взаимосвязанных элементов, каждый из которых является, в свою очередь, системой более низкого порядка, но одновременно и комплекс отношений между элементами системы. При этом системы земледелия, считает Ванин, должны быть устойчивыми (т.е. гарантировать надежность производства сельскохозяйственной продукции), природоохранными, интенсивными, ресурсосберегающими, обеспечивать максимально возможное использование солнечной энергии, а также минимальные затраты живого труда на единицу полезной биомассы.
Принцип зональности, т.е. агроэкологической адресности - основополагающий в современных системах земледелия, что не оставляет места шаблону и упрощенчеству при практическом определении специализации земледелия. Так, по мнению Сидорова, система земледелия является комплексом взаимосвязанных агротехнических, организационно-экономических и мелиоративных мероприятий, обеспечивающих повышение плодородия почвы и рост урожая возделываемых культур в данной почвенно-климатической зоне. В целом же, в современном понимании зональная система земледелия - это система, все звенья которой (структура посевных площадей, севообороты, способы обработки почвы и посева, удобрение, меры борьбы с сорняками, вредителями и болезнями, семеноводство и т.д.) тщательно учитывают и наиболее полно реализуют местные почвенно-климатические и материально технические ресурсы.
Кальянова считает, что развитие и смена систем земледелия неразрывно связаны с изменением производительных сил и производственных отношений и соответствуют основному экономическому закону способа производства. В то же время колебания гидротермического режима во времени, обусловленные цикличностью солнечной активности, в отдельные периоды становятся критическими и перестают соответствовать существующим формам использования земли и методам обработки почвы. Оценивая с этой точки зрения системы земледелия, автор на основании анализа соответствующих работ, опубликованных за последние 200 лет, установила связь их изменения с ритмами солнечной активности. Поскольку природные условия разнообразны в пространстве и так же, как экономические, варьируют во времени, необходимы изменения и систем земледелия не только в пространстве, но и во времени с тем, чтобы своевременно привести в соответствие с изменившимся гидротермическим режимом способы обработки почвы, видовую структуру севооборотов и т.д. О справедливости таких утверждений свидетельствуют данные об изменении гидротермического режима в Юго-Восточном регионе России в XX столетии, потребовавшие коренной оптимизации структуры посевных площадей и, в частности, роста доли озимой пшеницы. На динамичность систем земледелия во времени обращал внимание и Дж. Кук, согласно которому непрерывное развитие в земледелии крайне важно для его прогресса. Как только становится очевидным следующий лимитирующий фактор, должны быть приняты меры для его устранения. Циклы таких изменений в настоящее время проходят очень быстро, а неспособность устранять эти факторы на каждом этапе развития и двигаться вперед может сделать ту или иную систему земледелия невыгодной.
Все системы земледелия по их основным особенностям и перспективам Антонов делит на 2 группы: системы разрушительные и созидательные. При этом главное отличие созидательных систем земледелия от разрушительных заключается в том влиянии, какое они оказывают на самого человека - основу любой системы. Одной из важнейших причин неудовлетворительного положения дел в отечественном сельском хозяйстве автор считает распространение с начала 1930-хгг. идеологии покорительства в самых разнообразных формах. Он приводит слова Ф.М. Достоевского, который писал: «человек, истощающий почву с тем, чтобы «с меня только стало», потерял духовность и высшую идею свою, может быть, даже просто не существует». Вот почему возрождение сильно расстроенного сельского хозяйства страны, справедливо подчеркивает Антонов, надо начинать с «возрождения Человека ...».
Аналогичной точки зрения придерживался и академик ВАСХНИЛ Г.Т. Казьмин. По его мнению, главное в любой форме собственности - Человек как владелец или совладелец, подлинный хозяин средств производства и произведенного им продукта. Только это позволит в сложных условиях Дальнего Востока обеспечить:
- увеличение и более эффективное использование старопахотных и вновь осваиваемых мелиоративных земель;
- применение наиболее совершенных приемов мелиорации;
- совершенствование структур посевных площадей;
- повышение плодородия почв путем внесения органических и минеральных удобрений, известкования и фосфоритования;
- внедрение интенсивных, почвозащитных севооборотов, новейших способов обработки почвы, интегрированных мер борьбы с сорняками, вредителями и болезнями;
- использование высокоинтенсивных сортов сельскохозяйственных культур и более совершенных систем организации семеноводства;
- внедрение более совершенных интенсивных экологически безопасных, преимущественно грядово-гребневых технологических решений возделывания сельскохозяйственных культур;
- осуществление мероприятий по повышению качества и сокращению потерь продукции на всех этапах производства, хранения, переработки и реализации.
Система земледелия, считает Кордуняну, это биологический объект, состоящий из большого числа элементов или их групп, тесно взаимодействующих между собой и обеспечивающих функционирование всей системы. Нет подчас полного сознания того, пишет Карпинская, что почва представляет собой живой организм, что именно это обстоятельство должно быть решающим в создании систем земледелия, в его технологии, в конструировании и использовании сельскохозяйственной техники.
Недостатки тех классификаций систем земледелия, которыми чаще всего пользуются, зависят в большей мере от слабости географического изучения действительного многообразия форм сельского хозяйства. Поскольку в разных географических ландшафтах в относительном дефиците оказываются разные факторы жизни растений, а соответственно направления и формы сельскохозяйственного воздействия на среду бывают неодинаковыми, классификация систем земледелия не может не быть классификацией географической. Не может быть и систем земледелия общего, нерегионального значения. Использовавшиеся в прошлом в разных странах системы земледелия в действительности были системами с весьма ограниченной географической локализацией, а не какими-то общими этапами развития земледелия. Поэтому полная и законченная классификация форм земледелия возможна лишь на основе обобщения достаточно точных и сопоставимых данных о региональных особенностях земледелия на всей территории той или иной страны. Приведенные нами ранее системы земледелия, использовавшиеся при освоении Сибири в ХVI-ХIХ вв., полностью подтверждают это положение. Кстати, эту простую истину должны учитывать и сторонники повсеместного перехода к так называемой ландшафтной системе земледелия.
В целом, систему земледелия, на наш взгляд, следует рассматривать как агроэкологически адресный комплекс агротехнических и организационных мероприятий, направленных на наиболее эффективное, а значит, и адаптивно-дифференцированное использование местных природных, биологических, техногенных, трудовых, социально-экономических и других ресурсов с целью обеспечения устойчивого роста величины и качества урожая сельскохозяйственных культур. Важнейшим показателем любой системы земледелия является ее адаптивность, уровень которой характеризуется показателями ресурсоэнергоэкономичности (удельным расходом исчерпаемых ресурсов на каждую дополнительную единицу величины и качества урожая), природоохранности (в соответствии с порогом антропогенной нагрузки), экологической надежности (снижение зависимости от «капризов» погоды межгодовой вариабельности урожайности) и рентабельности (на уровне обеспечения расширенного воспроизводства). Причем если ресурсоэнергоэкономичность включает эффективное использование запасов исчерпаемой энергии, пресной воды, фосфора, калия, мелиорантов, плодородной земли, то экологическая безопасность - ритмичность производства высококачественного продовольствия; устойчивость к действию абиотических и биотических стрессоров, а также глобальному и локальному изменению климата; системы оценки рисков и страхования в АПК; учет генетических различий видов (сортов растений и пород животных) по отношению к действию геохимических факторов; предотвращение загрязнения сельскохозяйственной продукции поллютантами (токсикантами, тяжелыми металлами, радионуклидами), определение уровня экологической, в т.ч. техногенной безопасности территории и др.
Очевидно, что в истории мирового земледелия можно обнаружить десятки самых различных систем земледелия, жизненность каждой из которых определялась приспособленностью к местным природным условиям, этническим и религиозным особенностям, уровню развития производительных сил и производственных отношений. Наряду с широко распространенными системами земледелия (подсечной, переложной, трехпольной и другими) можно выделить и экзотичные системы. В их числе биологическая, биодинамическая, биоорганическая и экологическая системы земледелия. Примечательно, что еще в 1903-1913 гг. в имении Брасо-Дерюгино И.Н. Клинген, будучи управляющим, разрабатывал системы «пчело-клеверного хозяйства», широко используя для этого полевое травосеяние.
В настоящее время совокупный объем розничной продажи органической продовольственной продукции (ОПП) в странах ЕС и США достигает 18 млрд евро, что составляет 95% общего объема мирового рынка ОПП (таблица 5.1). Считается, что в ближайшие годы рост торговли органической продукцией продолжится в специализированных магазинах «натуральной и здоровой пищи», составив, например в США, от 9 до 16% в год.

Основы формирования адаптивных систем земледелия

Важнейшим показателем современных систем земледелия является рентабельность. Как справедливо отмечает Скоропанов, в современных условиях под рациональным использованием земельного фонда следует понимать такой его вариант, при котором достигается оптимальный социально-экономический, экологический и энергетический эффект. Кстати, положение о том, что «наука земледелия может быть предметом занятий полезных и упражнением приятным, а достоинство ее определяется только выгодою, употреблением приносимую», было положено в основу деятельности еще Московского императорского общества сельского хозяйства, организованного в 1821 г. и по праву являвшегося предтечей Российской академии сельскохозяйственных наук.
Очевидно, что современные системы земледелия должны учитывать возможные сценарии глобального изменения климата. По мнению большинства исследователей, глобальное потепление окажет большое влияние на сельскохозяйственное производство, а следовательно, и решение мировой продовольственной проблемы. Так, Будыко и др. считают, что рост концентрации СO2 будет благоприятным для повышения физиологического потенциала как культурной, так и естественной растительности. Более заметные изменения в продолжительности вегетационного периода и амплитуды сезонных колебаний концентрации СO2 за последние десятилетия произошли в высоких широтах. Кроме того, по мере глобального потепления, вероятно, улучшатся условия увлажнения во внутриконтинентальных районах (особенно за счет летних осадков), что особенно благоприятно скажется в зонах недостаточного увлажнения. Причем за счет климатосоставляющей компоненты к середине XXI столетия может быть обеспечено 15-20% прироста населения Земли. Оценка возможного увеличения продуктивности озимой и яровой пшеницы, приведенная в табл. 5.2, рассчитана двумя независимыми методами: по моделям климата и па-леоклиматическим сценариям.
Основы формирования адаптивных систем земледелия

Как уже отмечалось, XXI в. провозглашен веком дефицита пресной воды. При этом рост летнего иссушения континентов будет сопровождаться увеличением периодов с недостатком осадков, высокими температурами, усиливающими потенциальную эвапотранспирацию, уменьшением снежного покрова и т.д. Хотя понятие засухи и не следует смешивать с аридностью, которая предполагает постоянный дефицит воды, при котором почти постоянная сухость - нормальное состояние, первые могут поражать большие территории (вплоть до субконтинентального масштаба) и по своей природе способны продолжаться от нескольких месяцев до лет и десятилетий.
В настоящее время основными потребителями пресной воды в мире являются сельское хозяйство (67%), промышленность (19%) и городское коммунальное хозяйство. И хотя 70% поверхности земли покрыто водой, лишь 2,5%, т.е. лишь незначительная ее часть, - это пресная вода, из которой 70%-ледники. Население земли уже использует около 54% всего доступного стока воды, а к 2025 г. этот показатель возрастет до 70%. Около 31% европейского населения проживает в странах, потребляющих свыше 20% своих водных ресурсов, что свидетельствует об избыточной антропогенной нагрузке. Из всех водных ресурсов на сельское хозяйство приходится 42%, на промышленность - 23%, на энергетику и городское водопользование - по 18%. Кроме преобладающего сельскохозяйственного водопотребления (>75%) страны южной и юго-западной Европы характеризуются и наиболее высокими индексами нагрузки на водные ресурсы (Кипр - 44%, Мальта - 38, Испания - 37, Италия - 33%), значительно превышающими допустимый 20%-й порог и ведущими к невосполнимому истощению запасов пресной воды (главным образом, из подземных источников).
В современных системах земледелия особенно остро встает вопрос о гармоничном сочетании их с окружающей средой, поскольку преимущественно химико-техногенная интенсификация неизбежно связана с уменьшением видового разнообразия растительного и животного мира, засолением и истощением почв, накоплением в воде и почве токсичных веществ. Если раньше считалось, что основными нарушителями природного равновесия являются промышленность и транспорт, то в конце XX - начале XXI в. на первое место по загрязнению окружающей среды выдвинулось сельское хозяйство. Так, например, только один свиноводческий комплекс на 100 тыс. гол. или комплекс крупного рогатого скота на 35 тыс. гол. могут дать загрязнение, эквивалентное крупному промышленному центру с населением 400-500 тыс. чел. Данные, приведенные в табл. 5.3, свидетельствуют о том, что суммарные поступления в почву азота в виде отходов сельскохозяйственных животных и минеральных удобрений составляют в зависимости от страны от 77 до 95%.
Основы формирования адаптивных систем земледелия