Новости
09.12.2016


08.12.2016


08.12.2016


08.12.2016


07.12.2016


18.12.2015

Известно, что в конце XIX - начале XX вв. ведущими экспортерами сельскохозяйственной продукции были страны с высокой землеобеспеченностью - Россия, США, Канада, Австралия, а импортерами - страны Западной Европы. К началу XXI столетия основная масса товарной сельскохозяйственной продукции сосредоточена в США, Канаде, странах ЕС и Австралии. В то же время Китай, Индия, Индонезия, а также ведущие страны Латинской Америки не только достигли полного самообеспечения по основным видам продовольствия, но и выступают в качестве экспортеров на мировом рынке. И все же дефицит сельскохозяйственной продукции, в т.ч. зерна, в мире растет, что связано прежде всего с ростом численности населения, а также снижением темпов роста производства важнейших продуктов питания (рис. 6.40).

Мировой рынок продовольствия (настоящее и будущее)

При этом особенно неблагоприятные для развивающихся стран тенденции в международной торговле сложились на рынке зерновых. В течение 1960-1970-х гг. происходило неуклонное падение их самообеспеченности зерном, вследствие чего только за 1970-1978 гг. нетто импорт зерновых возрос в 2,5 раза, составив 34 млн т в год. В то же время США, Канада и Австралия достигли резкого увеличения производства зерна, что позволило им в указанный период вдвое повысить экспорт зерновых (до 126 млн т).
В настоящее время производство зерна в АПК многих стран и на мировом рынке продовольствия играет системообразующую роль, определяя не только уровень продовольственной безопасности населения мира, но и уровень экологически безопасного сельскохозяйственного природопользования. Валовое производство зерновых культур в мире к 2000 г. достигло 2064 млн т (при 1573 млн т в 1980 г.), в т.ч. пшеницы - 586 млн т, риса - 603 и кукурузы - 592 млн т. В период 1980-2000 гг. произошли существенные изменения уборочной площади под зерновыми и масличными культурами (рис. 6.41).
К 2006 г. зерновые культуры, например в США, занимали 47% пашни, на которых производится 363 млн т зерна, в т.ч. 298 млн т кукурузы. Зернобобовые и бобовые культуры занимают соответственно 31 млн и 15 млн га. В расчете на 1 га здесь вносят под кукурузу 318 кг минеральных удобрений (д.в.), пшеницу - 146 кг, а в основных зонах возделывания озимой пшеницы - не более 76 кг. Собранное зерно хранится в элеваторах фермерских, местных, терминальных, портовых. Обеспеченность зернохранилищами в США, как, кстати, и в странах ЕС, в 1,5 раза больше годового валового сбора зерна.
Мировой рынок продовольствия (настоящее и будущее)

В соответствии с долгосрочным прогнозом до 2017 г., в США особое внимание будет уделяться производству и использованию пшеницы, кукурузы и сои. При этом учитывается, что устойчивое расширение производства этанола из кукурузы окажет существенное влияние на валовые сборы пшеницы и сои. Так, к указанному сроку объем использования кукурузы для получения этанола может возрасти с 36,8 млн до 110 млн т; само же производство кукурузы увеличится на 33,7%, в т.ч. за счет роста посевной площади на 4,4 млн га и урожайности - на 15 ц/га. Производство пшеницы в прогнозируемом периоде достигнет 61,1 млн т, т.е. увеличится на 11,7%. Предполагается, что уже в краткосрочном будущем использование пшеницы на кормовые цели составит 3,9 млн т при урожайности 30 ц/га и практически стабильных посевных площадях. Причем к 2017 г. экспорт пшеницы из США повысится лишь на 3,3 млн т. Рост производства сои (на 5,6%) к этому времени будет обеспечен в основном за счет роста урожайности до 31 ц/га, а часть посевной площади (2 млн га) будет переведена под посевы кукурузы. Общий объем производства сои составит 84 млн т, из которых на долю внутреннего потребления будет приходиться 60,2 млн т, т.е. увеличится на 21%. В связи с этим, экспорт соевых бобов может сократиться почти на 6 млн т, что приведет к снижению доли США в общем мировом экспорте на 20,5%.
Рост народонаселения и его доходов, наряду с урбанизацией, а также сопровождающими этот процесс изменениями в структуре продуктов питания, в период 1970-1990 гг. обусловили рост потребления пшеницы примерно на 5,6 млн т в год по сравнению с предыдущим периодом и его стабилизации к началу 1990-х гг. (рис. 4.10, см. т. II). Все большее использование пшеницы будет происходить главным образом в развивающихся странах (особенно рисопотребляющих). Если для населения стран ЕС характерна в среднем довольно высокая доля пшеницы (около 45-50%) в структуре ее общего использования, то в США в последние годы наблюдается снижение потребления этой культуры на продовольственные цели (около 38%). В то же время США реализуют на внешнем рынке почти 50% выращенной пшеницы, что составляет 28-35% от ее мировых продаж.
В 1990-2000 гг. ежегодный мировой экспорт пшеницы варьировал в пределах 99-101 млн т; кукурузы - 63-67 млн т, мяса - 12,6-14,7 млн т (в т.ч. мяса птицы 39%; говядины - 37%; свинины - 19%). Наиболее зернопотребляющие отрасли животноводства, т.е. птицеводство и свиноводство, в мировом производстве мяса занимают 58-66%. В системе торговли зерном мировой рынок пшеницы является самым емким и динамичным (рис. 6.42).
Мировой рынок продовольствия (настоящее и будущее)

Обращает на себя внимание высокая вариабельность в экспорте пшеницы по годам: слабый рост в начале 70-х гг. XX в., резкое увеличение в 80-е гг.; вновь рост к концу 90-х гг., значительное повышение в последние годы и в обозримой перспективе. Считается, что наибольший экспорт Пшеницы будет приходиться на США, Австралию, Канаду и страны ЕС (рис. 6.43), а главными импортерами останутся страны Азии, Африки, Латинской Америки и Среднего Востока (рис. 6.44). На рис. 4.12, 6.45, 6.46 представлены перспективы производства, экспорта и импорта твердой пшеницы. Предполагается также рост экспорта пшеницы, в т.ч. твердой, из России, Украины и Казахстана.
Мировой рынок продовольствия (настоящее и будущее)

В США пшеница является третьей по значимости культурой после кукурузы и сои. Площадь ее посева составляет 24,1 млн га или 20% от общей площади зерновых культур в стране. В настоящее время годовой ресурс пшеницы в США в среднем колеблется от 60 млн до 70 млн т, из которых около 67% - доля производимой пшеницы, а 30% приходится на резервные фонды. Наличие большого резерва пшеницы - традиционное явление в США. Для внутреннего потребления (в основном для продовольственных целей) здесь используют 40-50% от общего объема ее производства, а на семена и корма уходит около 25%. Причем объемы пшеницы, расходуемой на эти цели, заметно изменяются из года в год в зависимости от цен на кормовые зерновые культуры (в особенности на кукурузу). Экспорт составляет около 35-45% общего объема производства пшеницы, а остальное оставляют в качестве резерва.
Мировой рынок продовольствия (настоящее и будущее)

Поскольку мировой уровень производства пшеницы существенно варьирует, его анализ в среднем за последние 10 лет представляет определенный исторический интерес. Так, данные за 2002/2003 рыночный год характеризуют реальную ситуацию, при которой Китай остается основным мировым производителем пшеницы со среднегодовым показателем 106,1 млн т. Далее следует Европейский Союз (в среднем 92,9 млн т). Объем производства пшеницы в Индии (71,8 млн т) несколько выше, чем в США (44,0 млн т). Среди стран СНГ, которые занимают третье место, основными производителями пшеницы являются Россия, Украина и Казахстан.
Весьма важную роль в зерновом балансе играет ячмень, среднегодовое валовое производство которого в мире в 1997-2001 гг. составило 139 млн т в год (рис. 6.47). В числе наиболее крупных экспортеров ячменя - страны ЕС и Австралия, а импортеров - страны Среднего Востока (рис. 6.48). Предполагается, что наибольший рост экспорта кормового ячменя (суммарно свыше 15 млн т) будет обеспечен за счет России и Украины. Одновременно почти в 1,5 раза (с 4,5 млн до 6,4 млн т) увеличатся мировые объемы торговли пивоваренным ячменем (рис. 6.49).
Мировой рынок продовольствия (настоящее и будущее)

Из зернобобовых культур в мире к концу XX в. в наибольших количествах экспортировались и импортировались горох и фасоль (табл. 6.81). Так, по данным ФАО, в 1998 г. объемы их экспорта составили соответственно почти 3,2 млн и 2,3 млн т, импорта - 2,9 млн и 1,9 млн т. В целом в 1990-е гг. в мире отмечался рост объемов и экспорта, и импорта большинства зернобобовых культур. В частности, среднегодовой объем экспорта гороха в 1996-1998 гг. на 34% превысил таковой в 1986-1990 гг., фасоли - на 27%, чечевицы - на 30%. Объемы импорта этих культур возросли соответственно на 22, 14 и 63%.
Мировой рынок продовольствия (настоящее и будущее)
Мировой рынок продовольствия (настоящее и будущее)

В 1995-1998 гг. в структуре экспорта и импорта бобовых в РФ большую часть занимал горох (соответственно до 99% и 85-94%). В импорте бобовых, кроме гороха, наиболее значительны были также объемы чечевицы (в 1996-1997 гг. до 1,1 тыс. т). Основная часть бобовых из РФ экспортируется в страны дальнего зарубежья, хотя доля такого экспорта в последнее время снижается. В Россию бобовые завозятся преимущественно из стран СНГ (78-90% от общего объема импорта).
Практика последних лет (2001-2008 гг.) свидетельствует, что российское зерно востребовано на мировом рынке. Однако для наращивания экспортных возможностей в ближайшие годы предстоит создать новые и модернизировать существующие зерновые терминалы, снизить железнодорожные тарифы (за счет субсидирования перевозок), упорядочить национальную систему стандартов на зерно в соответствии с международными требованиями (в стране качество зерна оценивается по клейковине, за рубежом - по содержанию белка), усовершенствовать службы информации о мировых рынках зерна и т.д. Заметим, что мониторинг и оперативный прогноз фитосанитарной ситуации позволяют в 2-3 раза снизить затраты на биологическую или химическую защиту, сохранив высокое качество зерна. Между тем современное состояние зернового рынка в России можно характеризовать как катастрофическое (технологическая и техническая деградация отрасли, диспаритет цен на зерно и технику, горючее и удобрения, разрушение селекционно-семеноводческой системы, ухудшение финансового положения предприятий).
Нынешняя продовольственная ситуация в мире сложилась в результате совокупного действия следующих причин:
1. Рост населения во многих регионах развивающегося мира обгоняет увеличение производства продовольствия, создает чрезмерную нагрузку на природные ресурсы сельского и рыбного хозяйства, препятствуя их естественному восстановлению и сужая тем самым возможности расширения сельскохозяйственного производства и добычи рыбы.
2. В мировом сельском хозяйстве в последние годы отмечается стагнация роста урожайности и других показателей эффективности (главным образом за счет развивающихся стран), вызванная рядом причин: сильной эрозией почв, медленным развитием орошения, недостатком техногенных средств.
3. В развивающихся странах после относительно кратковременной вспышки «зеленой революции», а также в ряде развитых государств замедлились темпы распространения научно-технического прогресса в сельском хозяйстве, в большей мере сдерживаемые инфляцией, энергетическим кризисом и финансовым дефицитом в развивающемся мире.
4. С ростом национального богатства в ряде стран-импортеров продовольствия (особенно в Японии, государствах ОПЕК) значительно увеличился мировой спрос на продукты питания. В то же время в этих и некоторых других странах приоритеты общеэкономической политики (в странах ОПЕК - развитие нефтедобычи, в Японии - экспорт промышленных товаров) и аграрная политика правительства мало способствуют интенсивному развитию собственного производства продовольствия.
5. Улучшение продовольственной ситуации в мире, и особенно в развивающихся странах, серьезно осложнила вспышка инфляции, разразившейся в 1970-х гг. При этом в первую очередь пострадали наименее развитые государства, не обладающие запасами нефти и других видов аналогичного минерального сырья, которые позволили бы этим странам расплачиваться за импорт резко вздорожавшего зерна и других продовольственных товаров. Для государств, где сосредоточена большая часть населения развивающегося мира, огромный «взлет» мировых экспортных цен на продовольствие привел к весьма неблагоприятным последствиям.
6. Прогресс в решении продовольственной проблемы в развивающемся мире сдерживается отсталым или недостаточным техническим уровнем основных отраслей по производству продовольствия и пищевого сырья.
При рассмотрении проблемы внешней торговли продовольствием России нужно, прежде всего, учитывать высокий уровень землеобеспеченности и дешевизны рабочей силы, из чего следуют относительно небольшая земельная рента и себестоимость сельскохозяйственной продукции. Реализация экспортного потенциала России (в период до 1917 г.), как и в годы Советской власти, базировалась на стремлении использовать сельское хозяйство в качестве донора в начале военного комплекса (1910-1913 гг.), а в дальнейшем (1927-1940 гг.) и индустриализации (закупки промышленного оборудования, техники и пр. в промышленно развитых странах).
С развитием НЭПа с середины 1920-х гг. сельскохозяйственный экспорт России стал вновь значительным, хотя вывоз зерна уже никогда не достигал прежних объемов. В этот период сельское хозяйство давало около четверти всего экспорта по сравнению с 60% в дореволюционный период. Основными его статьями стали нефть, лес, руда, металлы, пушнина, лен, пенька и масла. Аграрная экспортная специализация России обеспечивалась также и за счет низкого жизненного уровня большей части населения, в т.ч. невысоким потреблением продуктов животноводства (менее 20 кг мяса на душу населения в год), которое в очень ограниченном количестве использовало на корм зерно и базировалось преимущественно на пастбищно-сенном кормлении скота и лошадей. В результате Россия поставляла на рынок от 25 до 40% всего экспорта зерна, в первую очередь, пшеницы.
И хотя экспорт нефти уже в дореволюционный период играл определенную роль, а во время индустриализации страны уже превалировал в поступлении соответствующих средств, экспорт сельскохозяйственной продукции из голодной в общем-то страны с моральной точки зрения не был оправдан. В дальнейшем наша страна превратилась в крупнейшего импортера продовольствия и сельскохозяйственного сырья, цена которого в 1990 г. достигла 16,6 млрд долл. в год. Важнейшим условием такого масштаба импорта стал бурный рост экспорта отечественной нефти. И если у руководителей бывшего СССР в тот период господствовал лозунг «нефть в обмен на продовольствие», то в США преобладал тезис «бушель зерна на баррель нефти», что означало обмен 1 зернодоллара на 5-7 нефтедолларов. И этот процесс для сельского хозяйства нашей страны также был экспроприаторским, поскольку обогащение американского фермера происходило опять-таки за счет российского земледельца. В настоящее время импорт продовольствия в Россию в основном ориентирован на страны дальнего зарубежья, ведущими экспортерами среди которых являются страны Западной Европы и США (рис. 6.50, 6.51).
Традиционное отставание отечественного сельского хозяйства, в основе которого, на наш взгляд, лежит прежде всего многовековое (примерно 300-летнее) рабство крестьян, используется для утверждений о якобы исторической предопределенности такой ситуации, связанной с низкой агроклиматической продуктивностью сельскохозяйственных угодий в России, а также неизбежно большей ресурсо- и металлоемкостью ее АПК. Научная необоснованность таких утверждений была специально рассмотрена в разделе 6.2.3 и вытекает из всего содержания этой книги. Нельзя же, в самом деле, выдавать «индульгенции» на экономический грабеж и откровенный непрофессионализм, исторически господствующий в отечественном сельском хозяйстве.
Мировой рынок продовольствия (настоящее и будущее)

В послевоенный период, несмотря на продолжающийся, хотя и ограниченный, экспорт продовольствия, прежде всего, в страны Центральной и Восточной Европы, Советский Союз, по существу, выбыл из числа мировых экспортеров. Острое положение с продовольствием внутри страны делало сколько-нибудь значительную экспортную политику совершенно нереальной. Более того, уже в 1962 г. страна пошла на широкий импорт зерна, что было беспрецедентным явлением в ее истории. В дальнейшем СССР, наряду с Японией, стал ведущей импортирующей державой мира. В 1980 г. ввозили 27,8 млн т. зерна, в 1985 г. - 44,2 млн т, в 1989 г. - 37 млн т. Импорт продовольствия шел, в первую очередь, за счет ввоза зерна, особенно кормового, для поддержания огромного поголовья скота и производства животноводческой продукции. Однако и импорт самой животноводческой продукции был уже весьма значителен. Так, в 1980 г. было импортировано 821 тыс. т мяса, в 1985 г. - 857 тыс. т и в 1989 г. - 656 тыс. т. В целом же импорт продовольствия достиг своего максимума в 1990 г., когда было ввезено продовольствия на 16,6 млрд долл.
Следует обратить внимание и на тот факт, что при сравнительно небольших различиях в производстве сельскохозяйственной продукции на 1 чел. дефицит продовольственных товаров в СССР был необоснованно велик. Главные причины такой ситуации - слабая производственная база и инфраструктура АПК, приводившие к огромным потерям (до 30-40% сельскохозяйственной продукции), подрыв заинтересованности крестьян в результатах своего труда, громадный диспаритет между I, II, и III сферами АПК. Длительное время 80% всех капвложений в стране направляли в сферу непосредственного сельскохозяйственного производства, тогда как в сферу транспортировки, хранения и переработки - ничтожно мало. В СССР это соотношение составляло 16:1, тогда как в странах Западной Европы - 1:1.
При мнимом дефиците зерна и громадных объемах его ежегодного импорта в СССР допускались громадные потери. Так, суммарное производство зерна в 1987-1988 гг. достигло 237 млн т в год, из которых использовано на корм - 130 млн т, семена - 25 млн, на продовольственные цели - 47 млн (в США соответственно 273 млн, 153 млн, 3,7 млн, 26,6 млн т; в ЕС - зерно - 137 млн т, корм - 81 млн, продовольствие - 37 млн т). В 1987 и 1988 гг. импорт зерна в СССР был равен соответственно 30 млн и 35 млн т, в т.ч. пшеницы 8 и 13 млн, фуражного зерна - 12 млн и 22 млн т. И хотя на корм в СССР расходовали 130 млн т зерна, т.е. 55% от валового производства (в США - 56%, а в ЕС - 59%), из-за несбалансированности кормов по белку производство животноводческой продукции было значительно меньшим (мяса соответственно 19, 29 и 30 млн т). Уже в тот период в США производилось 27,7 млн т протеиновых шротов, в т.ч. соевого - 25,2 млн т, из которых собственное потребление достигало соответственно 21,8 млн и 19,1 млн т; в ЕС - 30 млн т (включая импорт - 12,9 млн т); в СССР - шротов и жмыхов - 5,2 млн т. При этом в США 1 кг шрота приходился на 7 кг зерна, в ЕС - на 4,3, а в СССР - на 27 кг. В результате перерасход зерна в животноводстве СССР оценивался в 20 млн т. Между тем хорошо известно, что в соевом шроте содержится в 3,5 раза больше белка, чем в кормовом зерне (1 т соевого шрота стоила 205 долл/т; американской пшеницы - 173, кукурузы - 137 долл/т). И следовательно, закупка 1 т соевого шрота обеспечивала экономию 100 долл. на каждой тонне зерна. Известно, что именно белковый шрот является критическим компонентом комбикормовых смесей.
Одной из важнейших причин громадных потерь при уборке зерновых (около 30 млн т) в нашей стране были и остаются не только недостаток и низкое качество комбайнов, но и широкое (причем необоснованное) использование позднеспелых (хотя в благоприятный год и более урожайных) сортов и гибридов. Такое «сползание» к позднеспелым сортам крайне пагубно сказывается не только в северных регионах (с коротким вегетационным периодом), но и в южных (снижается эффект «избежания» действия летней засухи, необходима сушка зерна). Хотя в СССР и было сосредоточено 50% мирового производства пшеницы, в т.ч. ценной - яровой, существовавший диспаритет между I, II и III сферами АПК приводил к громадным потерям не только количества, но и качества зерна на этапах транспортировки, хранения и переработки. Заметим, что в США и ЕС емкости для хранения зерна в 1,5 раза превышают объем его производства. Например, в США приемка и доработка зерна проводится в основном на элеваторах (общая мощность по хранению зерна - 600 млн т; из них 60% на фермах; в радиусе 25 км - 30%; крупные, для экспорта- 10%). При этом децентрализация хранения зерна сочетается с централизацией закупок и контроля за качеством. Для перевозки зерна используется специализированный транспорт.
Главными причинами превращения России в крупнейшего в мире импортера продовольствия в прошлом и настоящем являются отставание в научно-техническом прогрессе в сфере АПК, явные диспропорции в сферах производства, транспортировки, хранения и переработки сельскохозяйственной продукции, неадаптивность общепринятых систем ведения хозяйства, низкий уровень материальной заинтересованности работников села, крайняя отсталость сферы технического оснащения и социальной инфраструктуры. Именно об этом свидетельствует все больший разрыв в урожайности сельскохозяйственных культур и продуктивности сельского хозяйства, возросший за период 1970-2000 гг. в 2-3 и более раз.
Важность международной торговли в обеспечении мирового населения продовольствием можно проиллюстрировать удельным весом экспорта в суммарном производстве основных продовольственных товаров. Так, через международную торговлю проходит около 12% мирового производства зерновых, 19 - сливочного масла, 25-30 - соевых бобов, около 30 - сахара, 12-13 - апельсинов и мандаринов, примерно 70 - кофе, какао и чая, 5% мяса и рыбы. И неслучайно международной торговле продовольствием во второй половине XX столетия были посвящены многие международные форумы. Так, проблема нехватки продовольствия обсуждалась на всемирной конференции по продовольствию, состоявшейся в Риме в ноябре 1974 г. После ее проведения в рамках ООН были созданы новые организации, призванные содействовать решению международных продовольственных проблем: Всемирный продовольственный совет (World Food Council) и Международный фонд по развитию сельского хозяйства (International Fund for Agricultural Development). На 9-й сессии Совета взаимодействия (30 мая - 2 июня 1991 г., Прага) было принято новое определение мирового порядка, в соответствии с которым в странах Восточной Европы должен проходить поэтапный процесс приватизации и коммерсализации торговли, промышленности и услуг, их экономика должна носить смешанный характер и иметь сравнительно мощный сектор, функционирующий на основе рыночных принципов. Одновременно подчеркивалось, что рыночной экономики в чистом виде не существует нигде. Особое внимание обращалось на то, что для обеспечения продовольствием населения планеты потребуется 40% всей производимой энергии, а с учетом продукции океанов - 50%. В результате мир идет по пути неустойчивого развития. И хотя эти данные были преувеличены, опасность экспоненциального роста затрат исчерпаемых ресурсов на каждую дополнительную единицу сельскохозяйственной продукции была вполне обоснованной. Отмечалось также, что в мире наблюдается устойчивая тенденция вытеснения лесов сельскохозяйственными угодьями с последующим истощением почв, что представляет реальную угрозу для сохранения экологического равновесия биосферы.
На 22-й сессии Комитета по всемирной продовольственной безопасности, проходившей 31 октября 1996 г., была принята «Римская декларация о всемирной продовольственной безопасности», в которой вновь подтверждалось право каждого на доступ к безопасным для здоровья и полноценным продуктам питания в соответствии с правом на адекватное питание и основным правом каждого на свободу от голода. В декларации особо подчеркивалась необходимость:
- проводить политику, имеющую целью искоренение бедности и неравенства, и усовершенствование физического и экономического доступа для всех в любое время к достаточному, соответствующему требованиям продовольственной корзины и безопасному питанию, его эффективному использованию;
- не использовать продовольствие в качестве средства для политического и экономического давления;
- возрождения сельских районов с тем, чтобы повысить социальную стабильность и помочь сбалансировать уровень миграции населения из сельских районов в города, который во многих странах чрезвычайно высок;
- принятия мер с целью мобилизации и оптимизации выделения и использования технических и финансовых ресурсов из всех источников, включая освобождение от выплаты внешнего долга развивающихся стран, усиление действий государств по проведению политики продовольственной безопасности;
- устойчивого развития сельского хозяйства, рыбных промыслов, лесных хозяйств и сельских районов в областях с высокими или низкими потенциальными возможностями;
- принятие срочных мер, направленных на борьбу с сельскохозяйственными вредителями, засухой и истощением природных ресурсов, включая опустынивание, чрезмерный лов рыбы и эрозию биологического разнообразия;
Одновременно участниками встречи в Риме на высшем уровне были взяты следующие обязательства:
- искоренять бедность как среди городского, так и сельского малоимущего населения и обеспечивать устойчивую продовольственную безопасность;
- содействовать через разумную национальную политику надежной и оплачиваемой занятости населения, справедливому и равноправному доступу к таким производственным ресурсам, как земельные, водные и кредитные, в целях максимизации доходов неимущего населения;
- добиваться при помощи совместных усилий устойчивого, интенсивного и разнообразного производства продовольствия, повышения производительности, эффективности, безопасности, контроля над сельскохозяйственными вредителями, уменьшения растрат и потерь;
- разрабатывать и внедрять комплексные стратегии развития сельских районов с высокими и низкими потенциальными возможностями, инфраструктурой, организациями и услугами в поддержку развития сельских районов и обеспечения рентабельности домашних хозяйств;
- прилагать усилия для обеспечения готовности к стихийным бедствиям и антропогенным чрезвычайным ситуациям, а также удовлетворения потребностей в продуктах питания;
- способствовать оптимальному выделению и использованию государственных и частных инвестиций для развития трудовых ресурсов, устойчивых продовольственных, сельскохозяйственных и лесных систем, а также сельского развития в потенциально перспективных и малоперспективных районах.
Большинство аналитиков прогнозируют, что в среднесрочной перспективе сельскохозяйственные рынки будут характеризоваться мощным ростом спроса, стимулируя непрерывное расширение торговых операций. Увеличение потребления продовольственных товаров, главным образом в развивающихся странах, в сочетании с ограниченными возможностями пропорционального увеличения внутреннего производства, дадут мощный толчок к расширению объемов мировой торговли и росту мировых цен. При этом прогнозируется наиболее существенный рост в торговле грубыми зерновыми, который стимулируется увеличением потребления мяса во многих развивающихся странах и необходимостью расширения животноводческой отрасли.
Соглашением по сельскому хозяйству, которое было подписано в ходе Уругвайского раунда переговоров (URAA), предусмотрено, что затраты на экспортные субсидии и объемы субсидируемого экспорта должны сократиться. Однако, несмотря на постоянные заявления о либерализации мирового рынка продовольствия со стороны ведущих стран-экспортеров, в последние годы усиливается напряженность в торговых отношениях, сохраняются разногласия по поводу поступления на рынок продуктов, полученных в результате использования генетически модифицированных растений, а также мяса животных, в питание которых входили гормоны. Одновременно США объявили о введении карательной пошлины в размере 100% на следующие товары из ЕС: итальянские томаты, датскую ветчину, французский сыр «рокфор», гусиную печень и трюфели. Фактически эта продукция будет вытеснена с американского рынка.
В промышленно развитых странах особое внимание уделяют организации сбыта сельскохозяйственной продукции за рубежом. При этом, по данным Приходько, в отдельных странах этот процесс централизован на уровне государственных структур (например, в Германии), в других - управление сбытом сельскохозяйственной продукции организовано по региональному (США) или отраслевому (Канада) принципу; возможны и смешанные варианты или привлечение к управлению сбытом профессиональных объединений фермеров и других негосударственных формирований (Франция, Канада). И напротив, централизация сбытовых проблем в едином органе может сочетаться с решением этих вопросов в других структурах. Например, в Великобритании кроме Продуктового совета, координирующего аграрный рынок на национальном и региональном уровнях, 7 (5 - отраслевых, 2 - экономических) из 14 управлений министерства сельского хозяйства, рыболовства и продовольствия также отвечают за сбыт аграрной продукции и связанные с ним проблемы.
При организации сбыта сельскохозяйственной продукции в США используется региональный подход, т.к. министерства сельского хозяйства штатов действуют независимо от федерального ведомства. В структуре федерального MCX проблемы сбыта решают: служба продовольствия и услуг потребителям; служба безопасности и инспекции продовольствия; служба сельскохозяйственного маркетинга. В свою очередь, в MCX США функционируют отделы содействия и развития, которые согласовывают деятельность по развитию сельского хозяйства, проводимую в штатах, работают в контакте со специалистами федерального министерства, министерством экономического развития штата, неправительственными организациями и частными фирмами, координируя закупку, сбыт и развитие спроса на продукцию сельского хозяйства штата. Особого внимания заслуживает опыт США в качестве главного экономического партнера в мировом производстве и торговле сельскохозяйственной продукцией.
Для аграрной сферы Канады типичен отраслевой подход в управлении, соответственно и сбытовые проблемы решаются в отраслевом разрезе. Так, в структуре федерального министерства сельского хозяйства и продовольствия, наряду с отделом маркетинга и развития торговли, функционируют также специализированные управления, ведающие производством и сбытом отдельных продуктов (птицеводства, зерновой и молочной продукции). В деятельности этих структур активное участие принимают отраслевые ассоциации и другие формирования производителей, которые фактически заменяют административные специализированные отделы министерства.
Характерной чертой системы управления аграрным производством во Франции является то, что в ней значительное место принадлежит профессионально-отраслевым сельскохозяйственным органам, в состав которых, помимо государственных чиновников, входят представители фермеров, перерабатывающей промышленности, торговли, кооперативов и профессиональных организаций.
Важную роль в адаптивной интенсификации растениеводства в условиях рыночных отношений играют меры государственного регулирования, формирования налоговых, кредитных и законодательных механизмов. Так, субсидии государства в производство фуражного зерна и пшеницы в США возросли с 814 млн долл. в 1961 г. до 1421 млн долл. в 1987 г., 6012 - в 1990 г., 6753 млн долл. в 1993 г. Заметим, что в США цены на зерно и другие продукты растениеводства с 1960-х гг. опережали рост цен на средства производства, в т.ч. трактора, минеральные удобрения и др. Причем это происходило не только на начальном этапе химизации (1960-е гг.), но и в период энергетического кризиса в 1970-е гг., что позволяло фермерам постоянно обновлять парк сельскохозяйственных машин, обеспечивало рост производительности труда и расширенное воспроизводство (табл. 6.82).
После 1992 г. в странах СНГ произошел значительный спад сельскохозяйственного производства из-за следующих основных причин:
- обвального сокращения объемов государственной поддержки, особенно в инвестиционной сфере;
- снижения уровня механизации, химизации и мелиорации в сельскохозяйственном производстве;
- уменьшения посевных площадей, поголовья и продуктивности земли и животных;
- диспаритета цен на товары промышленного производства и сельскохозяйственную продукцию.
Мировой рынок продовольствия (настоящее и будущее)

Вследствие низкого уровня развития производственных сил и архаичных производственных отношений, существующих в большинстве развивающихся стран Азии, Африки и Латинской Америки, там наблюдается значительно большая зависимость между обществом и природой, чем в промышленно развитых государствах. В этой связи Княжинская замечает, что «в развивающихся регионах мира, по сравнению с экономически развитыми, окружающая природная среда в большей мере влияет на условия сельскохозяйственного производства и жизни людей, чем люди сами воздействуют на окружающую среду». Что же касается исторических предпосылок возникновения «зон голода» и «зон достатка», то хотя продовольственная проблема возникла на самых ранних стадиях существования человечества, решающую роль в перенесении центра ее тяжести в афро-азиатские и латиноамериканские страны сыграл колониализм. Именно он затормозил рост производительных сил в важнейшей отрасли их экономики - сельском хозяйстве. Плодородные земли отводились под экспортные («колониальные») товары - чай, кофе, цитрусовые и технические культуры. Подобная направленность производства привела к тому, что экспортные культуры, являясь важным источником валютных поступлений, стали предметом особого внимания правительства, а отрасли, удовлетворяющие национальный спрос, зачастую не получали стимула для развития. В колониальный период во многих афро-азиатских и латиноамериканских странах сложилась односторонняя (монокультурная) ориентация сельского хозяйства, что весьма негативно отразилось на плодородии почв. Шведский ученый Д. Оуэн на африканском материале показал, что создание однородных плантаций в развивающихся государствах, т.е. переход к монокультуре, оказалось несостоятельным. Генетическая однородность возделываемых видов и сортов растений на обширных площадях ослабляла их устойчивость к сельскохозяйственным вредителям и болезням, в послеколониальный период в большинстве освободившихся государств не было проведено радикальной перестройки структуры сельскохозяйственного производства. Плантации экспортных культур продолжали расти. Среди факторов, оказывающих непосредственное воздействие на производительность сельского хозяйства и, следовательно, на продовольственное положение в странах Азии, Африки и Латинской Америки, важную роль сыграли разрушение и загрязнение природной среды, особенно истощение естественного плодородия в агроэкосистемах.
В связи с «зеленой революцией» некоторые авторы выдвинули тезис о том, что решение проблемы сельского хозяйства экономически отставших стран зависит от наличия сортовых семян, новой агротехники, а не от преобразования аграрных отношений. Однако «зеленая революция», как известно, обострила существующие и породила новые противоречия в аграрной сфере развивающихся стран. Переход к новым сортам и гибридам зерновых культур потребовал применения новых агротехнических методов и значительных капиталовложений. Между тем на арендованной земле для перехода на новый тип производства не хватало средств и достаточных стимулов. В результате в условиях развивающихся стран «зеленая революция» придала развитию их сельского хозяйства характер эволюции консервативного типа, которая так и не позволила крестьянам уйти от бедности и кабалы.
Важно также учитывать, что успехи современной генетики, селекции и агротехники, демонстрируя резервы тропического и субтропического земледелия, сами по себе не обеспечивают возможности их эффективного использования. «Зеленая революция» не может предотвратить засух и наводнений. Для этого нужны не только новые сорта, но и большие капиталовложения на ирригационные и мелиоративные работы. Другими словами, на пути «зеленой революции» немало серьезных препятствий как технического, так и особенно социально-экономического плана. Отсталые аграрные отношения в настоящее время являются основным тормозом в сельском хозяйстве большинства развивающихся стран.
Большая часть мирового сообщества возражает или по крайней мере выражает озабоченность возможными отрицательными последствиями присоединения к ВТО. В то же время страны-члены BTO заинтересованы в скорейшем присоединении России к этой организации, т.к. они получат широкий доступ на ее внутренний рынок и к российским природным ресурсам. При этом будущие партнеры России по ВТО, навязывая практически кабальные условия, не соглашаются с нашими первоначальными предложениями по государственной поддержке АПК, по тарифам и таможенным пошлинам, выдвигают более жесткие требования к российским обязательствам перед ВТО. Очевидно, что поспешное присоединение России к BTO с большей долей вероятности может спровоцировать следующий сценарий социально-экономических последствий:
1. Разный уровень конкурентоспособности промышленной продукции отечественных и зарубежных предприятий повлечет резкое сокращение рабочих мест, что станет причиной многомиллионного роста безработицы.
2. Требование BTO об отказе в государственной поддержке, т.е. бюджетном субсидировании, сельскохозяйственного производства усилит разорение сельхозпредприятий и спад производства сельскохозяйственной продукции, сведет к минимуму уровень продовольственной безопасности России.
3. Выравнивание внутренних и мировых цен на энергию, топливо и транспорт станет причиной резкого роста тарифов на энергоносители и, как следствие, повышения цен на продукцию отечественного производства, роста коммунальных платежей и снижения жизненного уровня населения.
4. Низкий уровень социальной ответственности российских олигархов в условиях обнищания населения и роста безработицы вызовет дальнейшее социальное расслоение общества, что приведет к росту социальной напряженности и протестам большей части населения страны.
5. Будучи антиподом адаптивности, предполагаемая глобализация (но вовсе не либерализация) мирового рынка продовольствия под эгидой США станет причиной дальнейшего усиления в отечественном сельском хозяйстве уравнительности и конъюнктурной титулярности.
В настоящее время общая политика BTO обслуживает интересы наиболее развитых стран, предлагая такую реструктуризацию мирового рынка продовольствия, при которой в международном разделении труда они смогут эффективно использовать собственные природные, производственные и экономические преимущества, одновременно вытесняя экологически неблагополучные и опасные отрасли в другие страны. При этом устав BTO призван усилить доминирующие позиции прежде всего США под лозунгом последовательной либерализации мировой торговли.
В качестве важнейшей составляющей стратегии BTO станет уменьшение импортных пошлин и субсидий сельскому хозяйству. Для США, стран Западной Европы и Японии такое снижение относительно уже реализуемых ими на эти цели огромных средств не приведет к реальному ослаблению их конкурентоспособности. Между тем для государств с разрушенной социально-экономической и производственной инфраструктурой АПК, ослабленной финансовой системой и неустановившейся аграрной политикой ослабление поддержки сельского хозяйства будет иметь крайне негативные последствия.
Глобализация и либерализация мировой экономики - это действительно неизбежный путь будущих мирохозяйственных связей. Тот факт, что члены BTO берут на себя обязательства перейти к более низкому уровню государственной поддержки сельского хозяйства, уменьшать импортные пошлины и квоты на импорт, т.е. проводить политику либерализации мирового рынка продовольствия, предопределяет и первостепенную необходимость перехода к адаптивному сельскому хозяйству, в основу которого положено дифференцированное (в местном и мировом масштабе), а значит, и эффективное использование местных природных ресурсов. Из истории известно, например, что тридцать лет спустя после наполеоновских войн Великобритания отменила для своих фермеров гарантии очень высоких цен на сельскохозяйственную продукцию (даже в условиях голода в Ирландии) и стала закупать продукты питания по мировым рыночным ценам. Многие тогда предсказывали, что это приведет к полному разорению страны, но именно эта мера заложила основы процветания викторианской Англии.
В то же время начиная с 1945 г. за счет установления искусственно завышенных цен в богатых государствах и заниженных - в бедных правительствам так и не удалось увеличить производство продуктов питания там, где они были более всего необходимы. В результате всего лишь 2% фермеров мира (24 млн чел. в богатых странах, где менее 10% населения занято в сельском хозяйстве) поставляют почти четверть всех продуктов питания и почти три четверти экспортируемого продовольствия. Другие 98% фермеров (1,2 млрд чел. в странах с низким уровнем жизни, где в сельском хозяйстве занято около 70% населения) производят 75% мирового объема продуктов питания, однако все еще ведут полуголодное существование. На средних фермах в странах с высоким уровнем жизни (включая фермеров-любителей) производится в год продукции на 8 тыс. долл.; тогда как в странах с низким уровнем жизни работающий полный рабочий день фермер производит продукции лишь на 650 долл. ежегодно. Кроме того, с 1970 г. цены на продовольствие на мировом рынке растут и к началу XXI столетия побили все когда-либо существовавшие рекорды. Таким образом, спустя более 50 лет после окончания Второй мировой войны на рынке сельскохозяйственной продукции вновь стали господствовать конъюнктурные рыночные цены, обеспечивающие громадные доходы промышленно развитым странам и принуждающие развивающиеся страны продавать ископаемое сырье по самым низким ценам (до недавнего времени исключение составляли лишь энергоресурсы).
В связи с обсуждаемым вопросом, нельзя не отметить, что «зеленая революция» явилась одной из форм неоколониализма, позволившего за счет повышения цен на удобрения, пестициды и сельскохозяйственную технику обеспечить громадные дополнительные прибыли монополиям ведущих промышленно развитых стран. Так, по данным Grosson, слаборазвитые страны Азии импортировали около 50% используемых удобрений, цены на которые только за период 1972-1974 гг. возросли в 6-8 раз. Общие затраты, например, при возделывании техногенноинтенсивных сортов пшеницы в странах Азии, Африки и Южной Америки увеличились в 3-7 раз, в т.ч. затраты на семена - в 15 раз, на удобрения - в 10 раз и т.д. Заметим, что даже при сложившихся ценах на ископаемое топливо реальная рыночная стоимость зернодоллара по отношению к нефтедоллару, так же как и в течение всего периода мирового энергетического кризиса (начиная с 1970-х гг.), не снижается. А это, в свою очередь, позволяет усомниться в реальности намерений промышленно развитых стран во главе с США уменьшить дефицит продовольствия в развивающихся странах путем перехода к якобы либерализованному мировому рынку в рамках ВТО.