Новости
20.02.2017


19.02.2017


19.02.2017


17.02.2017


16.02.2017


18.12.2015

Территория России характеризуется громадным разнообразием почвенно-климатических и погодных условий, а производство сельскохозяйственной продукции в ее основных земледельческих зонах существенно усложняется недостатком тепла или влаги. С учетом вышесказанного следует оценивать и экологическую ситуацию в сельском хозяйстве России, парадоксальность которой состоит в том, что при значительно меньшем по сравнению с другими промышленно развитыми странами мира насыщении сельскохозяйственных угодий техникой, удобрениями, пестицидами масштабы разрушения и загрязнения природной среды достигли здесь катастрофического уровня. Ошибки, допущенные в АПК России в прошлом, и его кризисное состояние в настоящем убедительно свидетельствуют о первоочередной необходимости повышения адаптивности сельскохозяйственного производства в целом.
В реализации стратегии адаптивной интенсификации растениеводства важную роль играет социально-экономический базис общества. При этом экономические и организационные факторы выступают как наиболее динамичные компоненты в системе агропромышленного комплекса. В то же время в силу «абсолютно неустранимых» его особенностей указанная динамичность в большей степени, чем в какой-либо другой сфере деятельности человека, ограничена действием законов природы, главные составляющие которой (почва, климат, погода, рельеф, живые организмы) непосредственно участвуют в продукционных и средообразующих процессах, т.е. формировании величины и качества урожая. Вот почему в тех случаях, когда социально-экономические и организационные преобразования в сельском хозяйстве не учитывают специфики действия указанных факторов, это в первую очередь и наиболее пагубно отражается на развитии АПК в целом. Типичный пример - наша страна, которая, располагая всеми необходимыми для развития сельского хозяйства ресурсами, обрела мировую известность его неэффективностью.
Ранее нами уже приводились данные, согласно которым за период 1950-2000 гг. ежегодный общий прирост сельскохозяйственного производства (в млрд долл.) в мире составил 3,5%, в развивающихся странах - 30, в Китае - 3,8%, тогда как в бывшем СССР - 0,6, а России - лишь 0,4%. Отечественный АПК существенно отстает от многих стран (в т.ч. развивающихся) по уровню урожайности важнейших сельскохозяйственных культур, превосходит (в 3-5 раз) развитые страны мира по расходу исчерпаемых ресурсов, и прежде всего энергии, на каждую единицу сельскохозяйственной продукции, в т.ч. расходу кормов на производство 1 ц молока, привеса крупного рогатого скота и свиней. За период 1990-2007 гг. в нашей стране уменьшилось производство продуктов питания на душу населения, в т.ч. зерна (с 787 до 576 кг), мяса (с 68 до 39 кг), молока (с 376 до 226 л), яиц (с 320 до 267 шт.). Импорт основных продовольственных товаров возрос (тыс. т): мяса - с 334 до 2815, молока - с 46 до 250, сливочного масла - с 25 до 130, рыбы - с 41 до 865 и т.д. К настоящему времени продовольственная безопасность России утеряна, а ежегодные затраты на импорт продовольствия и сельскохозяйственного сырья достигли к 2008 г. 36 млрд долл.
Опасность состоит и в том, что объективный анализ причин кризиса в агропромышленном комплексе подменяется радикальными по форме, но мало обоснованными по своей сути рекомендациями и предложениями, реализация которых может лишь усугубить положение в сфере производства продуктов питания. К их числу мы относим как утверждения о предопределенном отставании сельского хозяйства в России (в силу якобы меньшей агроклиматической продуктивности отечественных сельскохозяйственных угодий), так и попытки увидеть причину всех зол в усилении государственного регулирования сельскохозяйственного производства.
Между тем, на наш взгляд, в основе кризисной ситуации в АПК страны лежит игнорирование «абсолютно неустранимых особенностей» сельского хозяйства, обусловленных его зависимостью от почвенноклиматических и погодных условий, а также использованием в качестве основных средств и предметов труда живых организмов. Именно по этой причине в бывшем СССР утвердились безрентные отношения, предопределившие «уравнительное» землепользование и абсолютизацию «титулярного» планирования сельскохозяйственного производства. Это, в свою очередь, и привело к агроэкологической необоснованности сельскохозяйственного районирования территории страны, т.е. нарушению требований о размещении культивируемых видов растений в наиболее благоприятных для их возделывания почвенно-климатических зонах; недооценке средоулучшающей, ресурсовосстанавливающей и природоохранной, особенно почвозащитной, функций видовой структуры сельскохозяйственных угодий. Следствием этого явилось резкое усиление водной и ветровой эрозии почв и существенное снижение их плодородия; повсеместное использование системы внутрихозяйственного землеустройства, базирующейся на доведенных «сверху» показателях плана и зачастую игнорирующей неравномерность распределения во времени и в пространстве лимитирующих величину и качество урожая факторов природной среды. Неудивительно, что в такой ситуации получила приоритет односторонняя селекция на высокую потенциальную продуктивность сортов и гибридов нередко в ущерб их устойчивости к действию наиболее распространенных абиотических и биотических стрессоров (морозам, засухам, суховеям, вредным видам и пр.). Хорошо известно и несовершенство зональных систем земледелия, не учитывающих в должной степени необходимости дифференцированного (высокоточного) использования природных, биологических, техногенных, экономических, трудовых и других ресурсов, а также громадное разнообразие почвенно-климатических и погодных условий на территории России. Несмотря на кажущиеся различия вышеперечисленных деформаций, в основе всех их лежало отрицание функционирования дифференциальной земельной ренты I и II в условиях социалистических производственных отношений. Негативные последствия такого «доморощенного» подхода оказались всепроникающими.