Новости
20.02.2017


19.02.2017


19.02.2017


17.02.2017


16.02.2017


18.12.2015

Реализация адаптивной стратегии в системе АПК в период экономической реформы хотя и предполагает централизованное регулирование рынка продовольствия на основе использования экономических рычагов (льготное кредитование, поддержка экспорта продукции, модернизация технологий и др.) и выделения прямых государственных инвестиций (на реализацию агроэкологических почвоохранных программ, проведение коренной мелиорации земель, развитие производственной и социальной инфраструктуры АПК и т.д.), требует в то же время широкого развития обратных (от низшего уровня к высшему), и особенно горизонтальных, информационных связей.
Споры о сравнительных достоинствах и недостатках крупного и мелкого землевладения и землепользования столь же стары, как сама экономическая наука. Наиболее острыми они стали во второй половине XVIII и в конце XIX столетий. Известно, что К. Маркс был решительным сторонником крупных хозяйств. Он полагал, что необходимым законом мелкой земельной собственности является «прогрессивное ухудшение условий производства и вздорожание средств производства...», тогда как «...при крупном земледелии - труд становится более производительным».
В.И. Ленин, обращая внимание на «техническое превосходство крупного производства в земледелии...», которое обеспечивает сбережение труда и материала, и считая, что «мелкое производство в земледелии осуждено на гибель и невероятно придавленное, угнетенное положение при капитализме...», в то же время никогда не абсолютизировал превосходства крупного производства в земледелии над мелким.
Заслуживают рассмотрения и доводы убежденных сторонников преимущества мелких хозяйств в земледелии. В дискуссиях со своими оппонентами в начале XX в. они прежде всего указывали на то, что сельскохозяйственный кризис в Европе в 1870-х гг. доказал жизнеспособность именно мелких хозяйств. Причину ошибочности прогноза К. Маркса относительно неизбежности разорения и исчезновения мелких землевладельцев они видели в том, что им не были учтены все возможности, которые открылись перед мелкими хозяйствами в связи с переходом от трехполья к плодосменным севооборотам, применением минеральных удобрений, специализацией и кооперацией. «Интенсификация сельского хозяйства, - считал Н.П. Огановский, - становится врагом крупного капиталистического производства; только благодаря ей мелкие хозяйства оказываются более культурными, более продуктивными».
Одно из главных преимуществ мелких хозяйств их сторонники видели в лучшем качестве и тщательности труда, постоянный контроль за которым в земледелии в отличие от промышленности затруднен или вообще невозможен. При этом не только сбережение, но и качество труда в самом широком смысле слова (качество пахоты, посева, ухода, своевременная уборка, уровень знаний о предмете труда и пр.) определяют успех сельского хозяйства. Однако высокое качество труда в этой сфере деятельности человека возможно лишь при условии, если он себя чувствует действительно настоящим хозяином земли. Заметим, что первостепенная значимость «хозяина земли» признавалась на протяжении всей истории земледелия. Неслучайно в сборнике народных пословиц и поговорок, подготовленном бывшим министром земледелия России А.С. Ермоловым, наиболее обширно представлена эта особенность земледельческого труда: «Где хозяин ходит, там хлеб родится» (русск. поговорка); «Лучшее удобрение для земли - хозяйская нога» (франц. поговорка) и т.д. «Ни в одной другой отрасли промышленности, - справедливо подчеркивает А.С. Ермолов, - хозяйский глаз не играет такой роли, как именно в сельском хозяйстве».
А.И. Чупров считал, что Россия пережила период и мелкого, и среднего, и крупного крестьянского хозяйства, но никогда из нищеты не выбиралась. Согласно оценкам П.И. Лященко, к началу XX в. размеры среднего крестьянского хозяйства в условиях залежной системы земледелия составляли 54,6-65,5 га, а плодосменной - 10,9-16,4 га. Если уже во второй половине XIX столетия крестьяне в Германии, Франции и Англии получали по 20-30 ц/га и более зерна, то в России средняя урожайность не превышала 7-8 ц/га. И все же, основываясь на опыте стран Западной Европы, большинство отечественных экономистов предрекали земледелию России мужицкое царство, т.е. преобладание в будущем мелких собственников земли. Были и другие мнения. Так, Маслов сам факт сохранения мелких хозяйств называл «пирровой победой мелкого землевладения».
С учетом важнейшей роли обеспечения ресурсоэнергосберегающего и природоохранного типа сельскохозяйственного производства наиболее перспективной формой его реформирования, на наш взгляд, мог бы быть переход в каждом хозяйстве к смешанному (коллективное, частно-артельное, семейно-фермерское) землепользованию, сочетанию коллективного и индивидуального (по типу фермерского) труда, а также коллективной и частной собственности, в соответствии с психологической и экономической заинтересованностью каждого крестьянина. Если для перехода к рыночной экономике в АПК и формирования товарных фермерских хозяйств в нашей стране потребуется не менее 20-30 лет и огромные затраты материальных ресурсов, то сохранение существующей в хозяйствах социальной и производственной инфраструктуры (парка сельскохозяйственной техники, ремонтных мастерских, животноводческих помещений, зерноочистительных токов и хранилищ, малых предприятий по переработке сельскохозяйственной продукции, больниц, библиотек и пр.) явилось бы единственно реальной возможностью обеспечить поэтапный и безболезненный переход к новым формам хозяйствования. Об этом свидетельствует опыт реформирования ряда крупных хозяйств в Белгородской и других областях. При этом необходимо учитывать, что непосредственно в сельской местности в России к концу 1980-х гг. проживало около 39 млн человек. В расчете на одного работника стоимость основных производственных фондов составляла 15 тыс. руб. (в ценах 1988 г.) и приходилось 34 л.с. энергетических мощностей (в США соответственно 97 тыс. долл. и 141 л.с.).
Реформирование путем создания смешанных хозяйств принципиально изменит и их функции, наиболее важными из которых станут кооперация в области снабжения и сбыта продукции, транспорта, кредитования и страхования, информационно-консультативного, агротехнического и другого обслуживания, создания специализированных сервисных служб по ремонту, строительству и др. Известно, что в Англии при высоком уровне технического оснащения ферм в 2007 г. (2,9 трактора на 100 га сельскохозяйственных угодий) еще с 1960-х гг. существуют «машинные объединения», создаваемые на паевых началах для совместного использования техники. Даже в Японии (39 тракторов на 100 га сельскохозяйственных угодий) все большую роль играет совместная эксплуатация дорогостоящих сельскохозяйственных машин и оборудования. Возможность одновременного функционирования в крупных хозяйствах и объединениях как общественного, так и частного секторов подтверждает опыт многих развитых стран, где экономика имеет смешанный характер, базируясь на частном и государственном предпринимательстве. Главное же преимущество таких смешанных хозяйств состоит в том, что в них сохраняется возможность перехода к адаптивному землепользованию, т.е. личные интересы каждого крестьянина могут соответствовать требованиям ресурсоэнергосбережения и рационального природопользования. Формирование современных хозяйств предполагает бесстрастное отношение к формам хозяйствования и заинтересованное - к их конечным результатам.