Новости
09.12.2016


08.12.2016


08.12.2016


08.12.2016


07.12.2016


18.12.2015

В основе новых взглядов на дальнейшее развитие человеческой цивилизации, сформировавшихся в последние десятилетия на базе системного подхода к глобальным проблемам, лежит представление о мире как единой динамической системе различных взаимодействующих процессов (биосферных, демографических, социально-экономических, использования невосполнимых природных ресурсов, производства продуктов питания и др.). Бесспорно, характер динамики каждого из компонентов мировой системы важен сам по себе.
Однако важно выявить и иерархию стратегических приоритетов, а также их взаимозависимостей. Так, хотя проблема производства продуктов питания и выступает в качестве одного из компонентов жизнеобеспечения человечества, она занимает центральное место, поскольку количество и качество пищи - основное условие жизни и главный показатель ее качества. На протяжении всей истории человек использовал знания, доходы, труд прежде всего для производства пищи и лишь потом для удовлетворения иных потребностей.
Между тем традиционный подход к наращиванию производства продуктов питания, связанный с экспоненциальным ростом затрат невосполнимых ресурсов на каждую дополнительную единицу продукции, а также увеличением масштабов загрязнения и разрушения природной среды - бесперспективен. При этом даже успешное решение частных задач не только не разрешает проблемы в целом, а лишь усугубляет ее и создает новые. Вот почему системно-адаптивный подход к проблемам сельского хозяйства оказывается стратегически наиболее важным, поскольку связан не только с «производством пищи», но и «средой обитания», т.е. обеспечением высокого «качества жизни» человека в самом широком понимании.
Известно, что высшим приоритетом цивилизованного общества является «здоровье нации». Поэтому центральное место в критериальной и нормативной базе адаптивного сельского хозяйства должны занять биологическая ценность и безопасность продуктов питания, причем не только в смысле предотвращения их загрязнения остаточным количеством пестицидов, нитратами, микотоксинами и пр., но и содержания незаменимых аминокислот, витаминов, минеральных солей, вкусовых качеств и т.д. Другими словами, требования «безопасности и полезности продуктов питания» включают не только отсутствие синтетических веществ (кумулятивный эффект которых в организме человека, как правило, остается неизвестным), но и получение «здоровой» пищи.
Переход к адаптивной системе ведения сельского хозяйства - решающее условие достижения наибольшей экономической отдачи на единицу вложенных невосполнимых ресурсов, капитала и труда. При этом удельная низкозатратность выступает в качестве одного из важнейших показателей уровня интенсификации и наукоемкости сельскохозяйственного производства, поскольку обеспечивается как путем совершенствования техногенных и биологических средств производства, так и за счет более эффективного вовлечения в продукционный и средоулучшающий процессы «даровых сил природы» (почвы, климата, солнечной энергии, компонентов атмосферы, ландшафтных сил» и др.).
Еще во второй половине XVIII - начале XIX вв. в трудах основоположников научной агрономии А.Т. Болотова и А. Тэера подчеркивалось, что главная цель сельского хозяйства - это не только достижение высокой урожайности, но и получение возможно большей прибыли. Иными словами, способность обеспечивать экономическую эффективность считалась для сельского хозяина столь же важной, как и искусство хорошо возделывать пашню. Авторы рациональной системы ведения сельского хозяйства исходили из того, что высокие экономические показатели могут быть достигнуты лишь в том случае, если сельскохозяйственное производство базируется на широком использовании достижений как агрономических, так и естественных наук.
К сожалению, взаимосвязанный подход к естественно-научной обоснованности и экономической целесообразности, положенный в основу рационального ведения сельского хозяйства А.Т. Болотовым в России и А. Тэером в Германии, к концу XIX - началу XX вв. был заменен односторонней ориентацией на конъюнктурные требования рынка, получение прибыли и результаты только прикладных исследований. Открывшиеся возможности значительного повышения урожайности сельскохозяйственных культур за счет возделывания новых сортов и гибридов, применения более современной техники, минеральных удобрений и пестицидов, а также возросший спрос на продукты сельского хозяйства в условиях нарастающей промышленной революции на долгий период предопределили приоритет химико-техногенных факторов в интенсификации земледелия. Негативные последствия такого одностороннего подхода нами уже обсуждались.
Поскольку каждую культуру экономически более выгодно возделывать на «лучших» для нее землях, соответствующие агроэкологическое макро-, мезо- и микрорайонирование территории, внутрихозяйственное землеустройство и специализация хозяйств становятся более адаптивными и экономически обоснованными. Одновременно оказываются «невыгодными» эрозия почв, обезличенные и безвозвратные капитальные вложения в мелиорацию земель и т.д. Таким образом, переход к адаптивной системе ведения сельского хозяйства, формирование цен на сельскохозяйственную продукцию и экономическая заинтересованность земледельца в реализации не только дифренты I, но и дифренты II оказываются взаимосвязанными.
Очевидно, что государственный протекционизм и искусственное ценообразование, являясь важными рычагами экономической поддержки земледельцев, экспорта, ценового перераспределения доходов, регулирования потребительского спроса и предложения, формирования межотраслевых связей как в условиях рыночной, так и плановой экономики затушевывают многие аспекты неадаптивности в системе сельскохозяйственного производства не только на уровне отдельных стран, но и всего мирового сообщества. В этой связи дотационный механизм в системе ценообразования все в большей мере должен использоваться для стимулирования адаптивных тенденций в развитии сельского хозяйства, обеспечивающих устойчивый рост его продуктивности, ресурсоэнергоэкономичности и природоохранности на основе более полной реализации дифференциальной земельной ренты (дифренты I и II).
Переход к экономическим критериям, стимулирующим адаптивное природопользование в мировом сельском хозяйстве, предполагает и определенные международные соглашения, определяющие экономическую ответственность каждой страны за загрязнение и разрушение биосферы. Известно, что такие «загрязнители» биосферы, как озон, сернистый газ, окись углерода, окислы азота, углеводороды и другие соединения, отрицательно влияют как на естественные биоценозы, так и на агроэкосистемы, снижая не только урожайность (нередко на 30-40% и более), но и устойчивость последних к действию других стрессоров окружающей среды. Между тем, например, в США количество «загрязнителей» биосферы ежегодно увеличивается на 4%. В целом же, по данным Гро, США, население которых составляет лишь 5% населения планеты, потребляют 24% мировой энергии и производят свыше 30% отходов.
Поэтому, признавая, что «разлад человека с природой» действительно начинается в сельском хозяйстве, было бы ошибочным пытаться найти выход из сложившейся ситуации без учета причин глобальных кризисных тенденций в мировом сообществе, обусловленных растущими темпами прироста населения (демографическим «взрывом»), исчерпаемостью важнейших ресурсов Земли (пресной воды, энергии, полезных ископаемых), экспоненциальным ростом их использования, высокой уязвимостью ключевых звеньев биосферы, ее ограниченными возможностями к саморегуляции.
Долговременная гармонизация отношений в системе «человек - общество - природа» возможна лишь в том случае, если вся агросфера будет адаптивно «вписываться» в естественные процессы саморегуляции биосферы, а переход к адаптивной стратегии интенсификации АПК станет рассматриваться в качестве основы формирования соответствующего заказа, производственной и социальной инфраструктуры, экономических механизмов рыночной системы и регуляторных функций государства.
Поскольку сохранить биологическое равновесие биосферы за счет повсеместного перехода к природоохранным технологиям отдельных хозяйств («ферм завтрашнего дня») и даже целых стран без резкого снижения производства продуктов питания невозможно, нужны коллективные усилия всего мирового сообщества, направленные на разработку научных основ и экономическое стимулирование перехода к адаптивной интенсификации сельского хозяйства. При этом конечные цели адаптивной стратегии выходят за рамки проблем сугубо сельского хозяйства и выступают в качестве важнейшей составляющей стратегии жизнеобеспечения человечества в краткосрочной и долговременной перспективе.
Очевидно, что даже при существенных изменениях нынешней аграрной политики в России, базирующейся на повышении роли государства в функционировании АПК (создание социальной инфраструктуры, выделение приемлемых кратко- и долгосрочных кредитов, усиление контроля над паритетом цен и пр.), его нормальное развитие станет возможным лишь в том случае, если используемые системы ведения сельского хозяйства, системы земледелия и животноводства, землеустройство, севообороты и технологии будут обеспечивать рентабельность и конкурентоспособность производства продукции. А это, в свою очередь, означает, что в структуре антикризисных мер главные резервы лежат в области ресурсоэнергоэкономичности и повышения адаптивности отечественного сельского хозяйства, основанных, в первую очередь, на более рациональном и экономном, а следовательно, и более территориально-дифференцированном использовании природных, биологических, техногенных и трудовых факторов. Следует подчеркнуть тесную взаимосвязь адаптивности, ресурсоэнергоэкономичности, конкурентоспособности и рентабельности АПК в том смысле, что лишь при формировании адаптивной территориальной структуры сельскохозяйственных угодий и ландшафта в целом на основе агроэкологического макро-, мезо- и микрорайонирования культивируемых видов и сортов растений, а также их оптимального соотношения во времени и пространстве можно обеспечить максимально эффективное и экологически безопасное использование как возобновляемых природных ресурсов (солнечной энергии, плодородия почвы, запасов влаги и др.), так и химико-техногенных средств. Одновременно за счет «избежания» стрессового действия абиотических и биотических факторов удается достичь снижения расхода ископаемой энергии, мелиорантов, удобрений и пестицидов на оптимизацию условий внешней среды, а также ассимилятов на защитно-компенсаторные реакции, т.е. уменьшить, в конечном счете, затраты невозобновляемых ресурсов на каждую дополнительную единицу сельскохозяйственной продукции. Чем хуже почвенно-климатические и погодные условия, чем ниже уровень техногенной обеспеченности хозяйств и их дотационности, тем выше роль адаптивности систем ведения сельского хозяйства и систем земледелия в обеспечении их рентабельности и конкурентоспособности.