Добробабин, Иван Евстафьевич

19.12.2020

Иван Евстафьевич Добробабин (8 июня (21) июня 1913 — 19 декабря 1996) — советский военнослужащий, один из «28 героев-панфиловцев», впоследствии работавший на оккупированной территории полицейским и лишённый всех наград.

Биография

Родился в селе Перекоп Харьковской губернии в многодетной крестьянской семье. Украинец.

Окончил 4-классную начальную школу. В 1928 году направился на строительство Харьковского тракторного завода, где ему поменяли фамилию «Добробаба» на «Добробабин», поступил в комсомол, окончил школу ФЗУ, затем в 1934 году переехал в Киргизию.

По словам самого Добробабина в передаче журналистов Куманёва и Мясникова, в 1937—1939 годах служил в РККА, участвовал в боях на Халхин-Голе, был контужен. До войны жил в Киргизии, работал фотографом, фотокорреспондентом газеты «Советская Киргизия» на строительстве Большого Чуйского канала. Жил в посёлке Кант, откуда и призван в армию в июле 1941 года. Был направлен в формировавшуюся в этих местах 316-ю стрелковую дивизию (впоследствии 8-я гвардейская Панфиловская), в составе которой с сентября 1941 и принимал участие в боях в звании сержанта и в должности командира отделения 4-й роты 2-го батальона 1075-го стрелкового полка. По утверждению доктора исторических наук Г. А. Куманёва исполнял обязанности заместителя командира взвода.

Участие в бою у разъезда Дубосеково

16 ноября 1941 года участвовал в бою под разъездом Дубосеково. По собственному утверждению конца 1980-х годов, фактически командовал 4-й ротой, на участок которой пришёлся основной удар немцев. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 июля 1942 года за образцовое выполнение боевых заданий командования и проявленные при этом мужество и героизм сержанту Добробабину посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Работа на оккупированной территории и вторичная служба в РККА

В реальности Добробабин не погиб, как считалось, а был контужен разрывом снаряда и засыпан землёй. Он пробовал неудачно перейти фронт, затем присоединился к партизанам в Брянских лесах. В одну из вылазок был задержан немецким патрулём и попал в плен. По собственным словам, в начале 1942 года бежал из поезда при эвакуации лагеря для военнопленных в Можайске и добрался до родного села Перекоп, оккупированного немцами. В июне 1942 года был записан старостой села во вспомогательную полицию, по собственному утверждению, под угрозой отправки в Германию. Занимал должности: полицейского на станции Ковяги, затем начальника караульной смены в селе Перекоп. При освобождении 25 февраля 1943 года села Красной Армией находился в селе и был арестован советскими контрразведчиками, но вскоре освободился, так как немцы 8 марта вновь заняли село.

Продолжал службу в полиции, работая заместителем начальника, с июня — начальником кустовой полиции села Перекоп. За время службы в полиции участвовал в патрулировании, охране складов и железной дороги; известны случаи, когда он предупреждал своих близких и знакомых о предстоящих отправках в Германию. В августе 1943 года при получении приказа об эвакуации полиции в связи с отступлением немцев бросил службу в полиции и, опасаясь расправы передовыми частями Красной Армии, бежал к родственникам в село Тарасовка Одесской области, скрывая факт службы в полиции, и где в марте 1944 года был вновь призван полевым военкоматом в действующую армию РККА. В августе 1944 года, случайно узнав из письма брата о присвоении ему посмертно звания Героя Советского Союза, подал в политуправление дивизии рапорт о выдаче причитавшихся ему наград.

Командуя отделением стрелковой роты, участвовал в Ясско-Кишиневской операции, взятии Будапешта и Вены. Войну окончил в Инсбруке в звании сержанта.

Жизнь после войны

После демобилизации вернулся в рабочий посёлок Кант в Киргизии как герой, однако в конце 1947 года был там арестован по обвинению в измене Родине и этапирован в Харьков для завершения расследования по месту совершения преступления.

В связи с расследованием дела Добробабы/Добробабина было также проведено расследование всего вопроса о подвиге 28 панфиловцев. По итогам расследования, проведённого Главной военной прокуратурой СССР после ареста Добробабина в 1947 году, версия боя у разъезда Дубосеково, лёгшая в основу указа о награждении и основанная на статье «О 28 павших героях», опубликованной в газете «Красная звезда» от 22 января 1942 года, была признана результатом литературного вымысла, однако корректность проведённого расследования впоследствии многими ставилась под вопрос (см. Панфиловцы#Поддержка официальной версии).

Приговором военного трибунала Киевского военного округа от 8 июня 1948 года Добробабин был осуждён к 15 годам лишения свободы с поражением в правах сроком на пять лет, конфискацией имущества и принадлежащих ему медалей «За оборону Москвы», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.», «За взятие Вены» и «За взятие Будапешта»; указом Президиума ВС СССР от 11 февраля 1949 года лишён звания Героя Советского Союза. В связи с амнистией в честь 10-летия Победы, определением Военной коллегии Верховного суда СССР от 30 марта 1955 года приговор был изменён, срок наказания снижен до 7 лет лишения свободы, после чего был освобождён за отбытием наказания. Вскоре переехал в Цимлянск к брату Даниилу, заведовал фотоателье.

В 1988 году возбудил ходатайство о своей реабилитации, указывая, что хотя и служил в немецкой полиции, но не совершил на этом посту никаких преступных деяний. Однако 17 августа 1989 года на основании заключения Главной военной прокуратуры СССР, в реабилитации было отказано. Согласно показаниям Добробабина во время этой проверки, заявление о реабилитации было написано Г. А. Куманёвым, а сам Добробабин его лишь бегло невнимательно прочёл.

В июне-июле этого года, более точно припомнить не могу, я был приглашён в гости Куманёвым Григорием Александровичем, с которым знаком с 1967 года. Помню, что познакомились мы с ним по поводу моего участия в бою под Дубосеково. В беседе со мной Куманёв предложил мне поднять вопрос о своей реабилитации. Я согласился. Куманёв расспросил меня об обстоятельствах боя, дальнейшей моей судьбе, сказал, что поможет составить от моего имени заявление. Через несколько дней он показал мне напечатанное на машинке заявление. Я его бегло прочел, не вникая в детали. Это заявление я подписал 21 июля 1988 года. Видимо, рассказывая Куманёву о своей службе в полиции, я допустил, возможно, какие-то неточности, возможно, что он меня по некоторым вопросам неправильно понял, поэтому в заявлении и появились факты, которые не отражали события так, как они происходили на самом деле.

Постановлением Верховного суда Украины от 26 марта 1993 года уголовное дело в отношении Добробабина прекращено за отсутствием в его действиях состава преступления. На Украине Добробабин был полностью реабилитирован.

29 сентября 1996 года на поданное Добробабиным заявление в Главную военную прокуратуру Российской Федерации с просьбой о его реабилитации было вынесено заключение о том, что вина Добробабина И. Е. в измене Родине подтверждается собранными по делу доказательствами и в соответствии с Законом РФ «О реабилитации жертв политических репрессий» от 18 октября 1991 года он реабилитации не подлежит. Постановление Верховного суда Украины в отношении Добробабина И. Е. в Российской Федерации силы не имеет, прав на восстановление в правах на награды Добробабин И. Е. не имеет.

В 2001 году начальник Управления реабилитации Главной военной прокуратуры генерал В. Кондратов подтвердил это решение.



Имя:*
E-Mail:
Комментарий: